Онлайн-газета "Голос Народа"

Глас вопиющего в пустыне: приготовьте путь Господу, прямыми сделайте в степи стези Богу нашему!

Глава 4 Атеизм переходит в наступление

Долго терпеть бурный рост евангельских и баптистских церквей безбожники, конечно, не могли.

Декрет советского правительства от 23 января 1918 года «Об отделении церкви от государства» давал надежду на свободу совести. Верующие воспринимали его как беспрепятственную проповедь Евангелия. Новое правительство, действительно на первых норах давало некоторую свободу верующим, чтобы втянуть их в общественную и политическую деятельность и обольстить мировую общественность. Весть спасения достигла многих сердец. Благодарность Богу за всех искренних тружеников, которые где-то и ошибались, но несли народу весть о Христе. Кто-то готов был петь дифирамбы новому правительству, но оно ни на миг не отступало от марксистских канонов и лишь до определённого времени терпело «сектантов».

Интересно, что и декретную свободу совести атеистические юристы трактовали (да и теперь трактуют) по- своему. Научный сотрудник центра исследования религии и церкви Н.А. Белякова даёт такое разъяснение: «Под правом на «свободу совести» понималось исключительно право верующих на «удовлетворение религиозных потребностей» через «отправление культа» (после государственной санкции на создание объединения верующих для совместного отправления культа) при помощи зарегистрированных в государственных органах служителей культа в предназначенных для этого культовых зданиях».

Уповающим на Господа всегда нужно помнить, что здесь на земле, мы «странники и пришельцы» и что «все, желающие жить благочестиво во Христе Иисусе, будут гонимы». Апеллирующих к атеистической свободе совести хочется напомнить четверостишье поэта Шиллера:

Заключись в святом уединенье, 
В мире сердца, чуждом суеты.
Красота цветёт лишь в песнопение,
А свобода — в области мечты.

Истинную свободу даёт только Христос. «Тогда сказал Иисус к уверовавшим в Него Иудеям: если пребудете в слове Моем, то вы истинно Мои ученики, и познаете истину, и истина сделает вас свободными» (Ин. 8, 31 — 32).

Отделив церковь от государства, государство никогда не отделяло себя от вмешательства в дела церкви и возможности регламентировать религиозную жизнь верующих. Та же Н.А. Белякова в трактате «Взаимоотношения между государственной властью и общинами ЕХБ» поясняет: «Возможность регулирования государством форм религиозной активности верующих была заложена нормативно-правовой базой Советского государства. С самого начала, «отделив» Церковь от государства, последнее не просто не признало права церкви на внутреннюю автономию, в том числе в вопросе выбора организационной формы существования, но и сразу определила «формат», в который может быть вписана Церковь: «церковные и религиозные общества».

Соответственно, государство, отказавшись от понятия церковь, оставило за собой право регламентировать религиозную деятельность граждан, исходя из своего представления о «частных обществах и союзах». Изменения в законодательстве о культах, принятые в 1962 году, и приобретшие форму закона в союзных республиках в 1975 — 1977 годы, зафиксировали необычайно широкий спектр «легальных» возможностей для участия государственных инстанций в жизни религиозных объединений: от регулирования формы организационного устройства религиозного общества, права на отвод членов «двадцатки» до регистрации служителей культа как санкционирующей на их богослужебную деятельность».

Согласно декларируемым советскими юристами концепциям, под отделением церкви от государства понималось исключение её из правовой и общественной сферы, запрет на вмешательство в государственные дела…».

Юрист Ю.А. Розенбаум настаивал на необходимости «жёсткого государственного контроля за деятельностью религиозных объединений», ввиду «остроты идеологической борьбы и, в частности, борьбы научного мировоззрения с религиозной идеологией проходящей в период перехода от социализма к коммунизму» (Розенбаум Ю.А. Советское государство и церковь. М., 1985. С. 156— 157).

Н.А. Белякова делает вывод:

«На наш взгляд, это объяснение предельно чётко обозначает ограничительный, идеологически выраженный характер контрольной деятельности государства за религиозными обществами».

После правительственного постановления от 8 апреля 1929 года «О религиозных культах » был взят курс на полное искоренение религии в СССР. Комментировать 64 статьи этого безбожного документа, который как дамоклов меч висел над братством и постоянно угрожал, нет надобности, потому что о нём много написано, а исповедники Евангелия на себе испытали его действие. Острие этого постановления было направлено против проникновения в церковь детей и молодёжи. Очевидно, атеисты были напуганы, что христианскими кружками было охвачено один миллион семьсот тысяч юных сердец и категорическими запретами попытались не допустить их в церковь. Начались массовые аресты. Кого арестовывать, атеистическая власть прекрасно знала. Так как все служители и активные проповедники должны были о себе давать подробные сведения в НКВД. Для примера предлагаем познакомиться с анкетой П. В. Иванова-Клышникова, который был расстрелян в Карлаге в 1937 году.

АНКЕТА

для заполнения членами Исполнительного Органа Федеративного Союза Баптистов СССР и для представления в НКВД, согласно ст. 9-ой Инструкции НКЮ и НКВД от 27 апреля 1923 года.

  • Фамилия, имя и отчество:

ИВАНОВ-КЛЫШНИКОВ. Павел Васильевич.

  • Место жительства и адрес:

Москва, Таганка, Воронцовская ул., 2.

  • Социальное положение:

Служащий по выборам.

  • Общественное и служебное положение за время с 1914 года:

1914   — Помощник Присяжного Поверенного;

1915   — Помощник Бухгалтера в Акц. О-ве в Петрограде; 1916   — Секретарь Евпаторийской Городской Управы;

1917   — Евпаторийский Городской Голова по выборам Демократической Городской Думы; 1918   — Сотрудник Сев. Области. Продовольств. Комитета в Москве;

1919   — Бухгалтер в Ново-Васильевском Кредит. Коопер. Т-ве /Мелитопольск. окр./ и преподаватель Высшего Начального училища;

1920   — 22 — Народный Судья и преподаватель Высшего Начального училища в Ново-Васильевке, Мелитопольского окр.;

с 1922 — Сотрудник Всероссийского Союза Баптистов.

  • Принадлежность к тому или иному сословию до революции: Крестьянин села Ново-Васильевки, Мелитопол. Окр.
  • Имущественное положение:

До 1920 г. никакого движимого имущества не имел, с 1920 г. имею дом в дер. Ново-Васильевке Мелитопольского окр.

  • Время присоединения в Общине Баптистов и из какого вероисповедания:

Сын одного из пионеров русских баптистов лично присоединился чрез крещение к Московской Общине баптистов 13 августа 1922 года.

  • Место и время заполнения анкеты:

Москва, I сентября 1927 г.

Собственноручная подпись заполнившего анкету

В 1929 году переформулировалась статья Конституции о свободе совести (в 1936 году она была изменена ). Все минимальные упоминания об открытой проповеди Евангелия были сведены на нет. 124 статья Конституции гласила: Каждый гражданин СССР имеет право исповедовать любую религию или не исповедовать никакой и вести антирелигиозную пропаганду. Что атеисты подразумевали под словом «исповедовать); уже было разъяснено раньше. Распространять свои религиозные убеждения, то есть пропагандировать верующие не имели права, только атеистам разрешалось «вести антирелигиозную пропаганду».

Мы упоминали, что И.С. Проханов в 1929 году выехал за границу и в Россию больше не вернулся.

Очевидно он предчувствовал, что будет арестован. Видные деятели обоих союзов, особенно Союза баптистов, подверглись арестам. Началась повесть страданий и слёз и в то же время повесть подвигов верных Господу до смерти.

Просмотров статьи: 179

Administrator

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Solve : *
22 + 9 =


Наверх